РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА
И ФИЛОСОФИЯ:
пути взаимодействия
Международный круглый стол «Французское “католическое обновление” и русское религиозно-философское возрождение конца 19 – первой половины 20 в.: скрещения и диалог»
Дата: с 2 октября по 3 октября
%d0%9f%d0%b0%d1%80%d0%b8%d0%b6

2-3 октября 2017 г. в Париже состоялся Международный круглый стол «Французское “католическое обновление” и русское религиозно-философское возрождение конца 19 – первой половины 20 в.: скрещения и диалог», который был организован в рамках Открытого гуманитарного проекта Института мировой литературы им. А.М. Горького РАН «Преодолевая национальные и политические границы… Культурная синергия России и Франции». В круглом столе, прошедшем при участии Национального фонда поддержки правообладателей, поддержке Посольства Российской Федерации во Франции, Российского Фонда фундаментальных исследований, Российского научного фонда приняли участие члены проекта «Русская литература и философия: пути взаимодействия» Е.А. Тахо-Годи, Т.А. Касаткина, А.Г. Гачева.

 

А.Г. Гачева сделала доклад «“Вселенская месса” Пьера Тейяра де Шардена и “внехрамовая литургия” русских религиозных мыслителей конца XIX – начала XX в.». В докладе рассматривался комплекс идей философов «активного христианства» (Н.Ф. Федоров, В.С. Соловьев, Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков, А.К. Горский, Н.А. Сетницкий, В.Н. Муравьев), давших в своем творчестве целостный вариант «антроподицеи», максимально расширявших границы активности человека в мире, выдвигавших идею истории как «работы спасения». Этот комплекс идей был сопоставлен с концепцией христианского эволюционизма П. Тейяра де Шардена. Было показано, что общей чертой творчества русских мыслителей и французского философа и богослова было стремление к примирению научной и религиозной картин мира, утверждение богочеловеческой активности, антисекулярный пафос, устремленность к апокатастасису. Отдельно в докладе была рассмотрена выдвинутая Н.Ф. Федоровым идея «внехрамовой литургии» и ее трансформации у В.С. Соловьева, С.Н. Булгакова, П.А. Флоренского, В.В. Зеньковского, у деятелей русской религиозно-философской эмиграции. Эта идея была сопоставлена с идеей «Вселенской мессы» П. Тейяра де Шардена, выдвинутой в одноименном мистико-философском этюде.

 

 2 октября 2017 г. доклад Е.А.Тахо-Годи «А.Ф. Лосев о Николае Кузанском и средневековой диалектике» был прочитан на секции, посвященной творчеству А.Ф. Лосева. Как было продемонстрировано в докладе, лосевская юность как раз совпадает с периодом рождения в европейской науке нового отношения к средневековой мысли, к средневековой схоластике, с началом кропотливой работы по изданию забытых философских памятников. Возникший у Лосева в середине 1920-х годов замысел книги «Николай Кузанский и средневековая диалектика», ставившей задачу проследить судьбу неоплатонизма от античности через средневековую схоластику к Николаю Кузанскому, оказывается также вполне соответствующим «духу» эпохи. Причем русский мыслитель тут даже опережал своих европейских коллег: его переводы трактатов Николая Кузанского «De non aliud», «De Possest», «Idiota de mente», выполненные в 1920 – начале 1930-х годов, являются первыми в мировой науке переводами этих латинских текстов на современный живой язык – первые немецкие переводы этих трактатов появились лишь после Второй мировой войны. При этом изучение трудов Николая Кузанского оказало воздействие и на саму манеру лосевской философской наррации.

 

 Т.А. Касаткина сделала доклад  «"Всемирность и включительность" как общее качество "католических возрождений" и русской религиозно-философской мысли XX века: Д.С. Мережковский. Тайна Трех». В докладе рассматривалась два основных способо авторефлексии в христианстве. Первый – по типу исключительности, когда звучит призыв: «спасайся, малое стадо», когда все, кто не с нами – против нас, когда создаются индексы запрещенных книг, когда любые сходства воспринимаются как дьявольские происки, стремящиеся размыть границы единого истинного пути, когда сходное уничтожается, чтобы не стать соблазном. Второй – по типу «включительности», когда все, кто не против нас – с нами, когда те, кто лишен Присутствия, признаются не лишенными предчувствия, когда сходства становятся предвестиями и могут прояснить для нас саму Благую Весть, когда тень Воплощенного отбрасывается далеко назад и становится путеводной. И католические возрождения, и русская религиозно-философская мысль XX века строили свое самопостижение в своих наиболее ярких и захватывающих проявлениях по второму типу.